Июнь 2024 года запомнился инвесторам и финансистам резкой коррекцией на российском фондовом рынке. Индекс Мосбиржи обновил минимумы с осени 2023 года, потеряв за несколько торговых сессий более 10%. Однако если для частных инвесторов это стало стресс-тестом, то для банковского сектора ситуация оказалась неоднозначной: кто-то потерял прибыль, а кто-то, наоборот, укрепил позиции.
Прямые потери: переоценка портфелей и комиссии
Первыми последствия июньского обвала почувствовали банки с крупными инвестиционными портфелями. Резкое падение акций и облигаций привело к переоценке ценных бумаг на балансе. Универсальные банки, которые активно вкладывались в «голубые фишки» (например, Сбер или Лукойл), зафиксировали убытки по торговому портфелю. Кроме того, сократились комиссионные доходы: клиенты в панике продавали активы, а объем сделок с новыми бумагами резко упал.
Побочный эффект: рост спроса на депозиты
Интересно, что обвал на рынке сыграл на руку банкам в части привлечения пассивов. Испуганные инвесторы начали массово выводить деньги с брокерских счетов и размещать их на классических вкладах и накопительных счетах. Это позволило банкам:
- Улучшить ликвидность. Приток «длинных» денег от населения снизил зависимость банков от дорогого межбанковского кредитования.
- Снизить стоимость фондирования. Усредненная ставка по новым депозитам оказалась ниже, чем доходность, которую банки могли потерять при дальнейшем падении рынка.
- Перераспределить ресурсы. Свободные средства направились не на спекуляции с ценными бумагами, а на кредитование реального сектора (правда, под более жесткие условия ЦБ).
Кто оказался в плюсе?
Наиболее устойчивыми к июньскому шоку стали крупные государственные банки с диверсифицированным бизнесом. Они компенсировали потери на фондовом рынке ростом розничного кредитования и комиссий за расчетно-кассовое обслуживание. В то же время небольшие инвестбанки и брокерские конторы, чей доход завязан исключительно на торговые операции, оказались в зоне риска — некоторые из них были вынуждены пересмотреть свои бизнес-планы на второе полугодие.
В итоге июньский обвал стал напоминанием: российские банки больше не могут полагаться только на рост рынка. Те, кто успел хеджировать риски и имел «подушку» в виде депозитов населения, прошли кризис с минимальными потерями. Остальным придется учиться жить в новой реальности — с волатильностью и снижением аппетита к риску.